Боль и память Озаричей

0
58

Боль и память Озаричей

22 июня отмечается День памяти и скорби. В настоящее время еще живы люди, которые пережили события Великой Отечественной войны и сохранили в памяти те суровые годы. По воспоминаниям многих очевидцев, страшнее всего было находиться под немецкой оккупацией. Одним из тех, кому довелось пережить ужасы фашистской неволи, является славгородец Яков Малахович Аврамов.

Родился Яков Аврамов в Гомельской области Белоруссии в небольшой деревне Гусаровка почти 81 год назад. Но все события, связанные с войной, помнит до мелочей.

Семья Аврамовых была многодетной, состояла из семи ребятишек и матери с отцом. В годы войны им предстояло вынести немало испытаний, пережить ужасы нацистского плена. «Фашистские танки шли с Бреста на Минск, их путь проходил через нашу деревню, – рассказывает Яков Малахович. – Мой старший брат тогда играл с двумя друзьями у дороги. Немецкие танкисты увидели ребят и выстрелили по ним из танкового оружия. Все трое погибли на месте, моему брату было всего 13 лет».

Начиная с 1941 года Белоруссия была оккупирована фашистами. Когда в 1944 году Советская армия начала освободительные операции и стала приближаться к западным границам СССР, немецкое командование решило ликвидировать все села, используя тактику выжженной земли. Фашисты стали собирать людей, чтобы увезти их в концентрационный лагерь. К тому моменту на территории Белоруссии оставались только женщины, дети и старики. «Нацисты выгоняли людей из домов, загружали в крытые машины и везли на железнодорожную станцию за сорок километров, – продолжает свой рассказ Яков Малахович. – Потом около ста человек погрузили в товарные вагоны. С собой разрешили взять всего лишь по булке хлеба. В таком вагоне мы ехали трое суток, к концу пути внутри стоял невыносимый смрад. За всё время мы сделали всего две технические остановки».

В концентрационный лагерь Озаричи они попали вшестером: отец, мать и четверо детей – восьмилетний Яков и трое его сестёр четырнадцати, двенадцати и шести лет. В лагере содержались жители Белоруссии, а также Смоленской и Орловской областей России. «Враги расчистили большую площадку в несколько гектаров. Поставили заборы и что-то вроде палаток, где мы должны были жить. Нам не давали даже воды, морили голодом, – вспоминает Яков Малахович. – Хорошо, что на дворе стоял февраль и на полях оставалось немного снега, мы растапливали его и пили. В лагере была жуткая антисанитария, многие болели сыпным тифом и умирали». Именно для распространения эпидемии среди мирного населения был создан этот концлагерь. Нацисты, уже понимая своё бессилие, надеялись, что при освобождении узников заболеют и солдаты Красной армии».

Узников днём и ночью охраняли немецкие солдаты на сторожевых вышках, оборудованных пулемётами. Когда кто-либо приближался к колючей проволоке, охранники стреляли без предупреждения. Также расстрел грозил за любой вид протеста. Вдоль охранной ограды лежало много убитых и раненых. Все три лагеря были обнесены колючей проволокой, подступы к которой были заминированы.

Узников морили голодом, не давали воды, запрещали разводить костры, медицинскую помощь не оказывали. Бывали случаи, когда люди жевали горькие сосновые иголки, заедая их снегом.

По воспоминаниям Якова Малаховича, пленные пробыли в Озаричах около месяца, после этого советские войска стали подходить вплотную к оккупированной территории. Нацисты решили избавиться от узников и пустили в лагерь отравляющий газ. Народ, не знавший, что это такое,  погибал. «Нас спас мой отец. Он воевал в Первой мировой войне и имел опыт защиты от газа, – продолжает рассказ Яков Малахович. – Он промывал нам глаза талым снегом, не выпускал из палаток. Только благодаря ему мы все остались живы. Когда наши советские войска пришли, весь лагерь был усеян трупами отравленных людей».

После освобождения из фашистского плена семье Аврамовых предстояло нелегкое возвращение домой. Оказалось, что концентрационный лагерь находился в 200 километрах от их родной деревни, но добирались они, по воспоминаниям Якова Малаховича, около года. По дороге дети болели тифом, были истощены. Выжили только благодаря жителям деревень, которые давали немного еды. В одном из сел детей Аврамовых отселили в сарай, чтобы не заразили остальных. После тифа младшая сестра Якова Малаховича получила осложнение на слух, в пожилом возрасте почти перестала слышать.

Семья вернулась к пепелищу на месте своего бывшего дома. Уходя, фашисты сожгли всё. После пережитого в июле 1944 года Аврамовы с большой радостью встретили освобождение Белоруссии от немецко-фашистских захватчиков и в 1945-м – долгожданную Победу. Две старшие сестры, угнанные на работы в Германию в 1944 году, вернулись домой только в 1946-м. Из семи детей в семье Аврамовых выжили шестеро, и вместе с отцом и матерью они стали восстанавливать разрушенное войной хозяйство.

Уже в начале 50-х годов, окончив семь классов сельской школы, Яков Малахович поступил в одно из училищ Гомеля на каменщика. За свою жизнь он освоил не одну профессию. Во время освоения целины в Оренбургской области трудился каменщиком-печником, комбайнером. И в конце концов стал мастером-сантехником, но уже в Жезказгане (город в Центральном Казахстане). Туда он уехал к своей родной сестре и там же встретил свою будущую жену. Позже они перебрались на родину супруги в Славгород. Вместе вырастили двух дочерей, которые живут в разных городах, но не забывают об отце.

Сейчас Яков Малахович овдовел, но сохраняет бодрость духа. Даже, несмотря на преклонный возраст, по-прежнему ездит на велосипеде и работает на небольшом приусадебном участке возле дома, где выращивает овощи.

– Не дай бог пережить нашим детям и внукам то, что испытали мы, – говорит Яков Малахович. – У нас, детей войны, не было детства. Холод, голод, вокруг смерть, слезы и постоянный страх… Молодое поколение должно знать свою историю, чтобы такие трагические моменты в нашей жизни не повторялись.

Людмила КАНТУЗОВА, «Славгородские вести» (фото автора)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here